Что осталось от «Яблока»

В 90-е годы «Яблоко» была заметной на политической арене России партией с профессиональной парламентской фракцией и сильными региональными отделениями; партией, которая могла претендовать на участие во власти, но как будто самозабвенно ждала провала оппонентов из либерального лагеря. Пока над страной сгущались тучи, олигархи делили собственность, а в политической власти закладывался фундамент будущего авторитаризма, «Яблоко» выступало с честными демократическими заявлениями, участвовало в создании и укреплении политических институтов и поставляло режиму ценных специалистов из своих рядов. Дальнейшая история партии при путинском авторитаризме — продолжение следованию своей неизменной траектории, как будто изменились только декорации.  

‍

Развилка российского либерализма

История «Яблока» начинается 25 октября 1993 года с создания одноименного избирательного блока на грядущих парламентских выборах. Тогда политическая система России только формировалась после практически 70 лет однопартийного режима, в быстро меняющихся условиях и на фоне тяжелого экономического и социального кризиса. Перестройка, крах Советского Союза, расстрел Белого дома и провал рыночных реформ, вызвавший в стране гиперинфляцию и обнищание миллионов людей, сформировали основные политические противоречия по линии «за» или «против» реформ. 

В стане сторонников рыночных реформ сразу образовались две конкурирующие группы. Вставшие у руля «младореформаторы» были очень узкой группой экономистов-технократов, с восторгом воспринявших идеи Чикагской школы. Егор Гайдар, Анатолий Чубайс, Пётр Авен, Альфред Кох — это действительно была очень молодая по меркам российской элиты группа экономистов. Они ориентировались на Маргарет Тэтчер, Рональда Рейгана и даже Аугусто Пиночета как на примеры сильной, волевой политики, способной преодолеть сопротивление общества и провести необходимые жесткие и непопулярные реформы. Соответственно, гиперинфляция, обесценивание вкладов населения и нищета миллионов рассматривались как неизбежная плата за демонтаж тоталитарной системы.

Лидеры и активисты будущего «Яблока» формировались в несколько иной среде, в стенах Академии наук СССР и профильных аналитических институтов. Это был довольно широкий круг советских экспертов и ученых, вовлеченных в управление экономикой. Они скорее ориентировались на европейскую социал-демократию и социальный либерализм. Программа «500 дней», разработанная еще в 1990 году ставшим впоследствии ключевой фигурой «Яблока» Григорием Явлинским, предполагала либерализацию цен только после проведения приватизации и создания рыночных механизмов. В теории это должно было предотвратить резкий рост цен, а сбережения людей могли быть потрачены на приобретение собственности.

После краха СССР исполнительная власть во главе с Борисом Ельциным приняла решение проводить рыночные реформы по модели «молодых реформаторов». К парламентским выборам 1993 года либералы, не поддержавшие команду Гайдара и расстрел Белого дома, сформировали избирательный блок, получивший название по фамилиям трех его ключевых фигур — «Явлинский — Болдырев — Лукин» (ЯБЛ), что впоследствии превратилось в «Яблоко».

Кем тогда были эти люди? Григорий Явлинский — экономист и главная медийная фигура блока. Юрий Болдырев — бывший начальник Главного контрольного управления Администрации президента Ельцина, имевший репутацию борца с коррупцией. Владимир Лукин — дипломат, бывший посол России в США, предавший блоку международную солидность. Помимо персональных лидеров и созданного Явлинским аналитического центра «ЭПИцентр», в избирательный блок в качестве коллективных соучредителей вошли три партии, возникшие на волне демократизма конца 1980-х годов: Республиканская партия Российской Федерации, Социал-демократическая партия России (ее левое крыло вскоре откололось) и Российский христианско-демократический союз.

‍

Запасное правительство

На выборах 12 декабря 1993 года блок «ЯБЛ» получает 7,86 % голосов и 27 депутатских мандатов из 450. К выборам 1995 года объединение окончательно оформляется как общественное движение «Яблоко» и на выборах во II Государственную думу в декабре 1995 года даже улучшает результат по числу депутатов — 46 мандатов при 6,89 % голосов.

В 90-е годы парламент еще был местом для дискуссий, и «Яблоко» заняло свою уверенную электоральную нишу, опираясь на широкие круги постсоветской интеллигенции, недовольной жестким курсом Гайдара и Ельцина, но и не испытывавшей ностальгии по СССР. Партия позиционировала себя как «правительство в запасе» — честное, интеллектуальное, незапятнанное коррупционными скандалами и силовыми акциями. При этом фракция «Яблока» сыграла заметную роль в формировании нового российского законодательства — от бюджетного и налогового законодательства до законодательства о местном самоуправлении и защите прав потребителей. Парадоксально, но значительная часть правового каркаса современного российского государства была создана оппозиционной партией, которую так и не пустили в правительство.

С самого начала Первой чеченской войны (1994–1996) «Яблоко» заняло антивоенную позицию, требовало прекращения боевых действий, вывода войск и начала переговоров, а также обвиняло команду Гайдара в том, что они допустили эту войну своим молчаливым согласием с авторитаризмом Ельцина после 1993 года.

В 1995 году «Яблоко» осудило масштабную махинацию с «залоговыми аукционами», когда государственные пакеты акций промышленных и добывающих гигантов («Норильский никель», «ЮКОС», «Сибнефть», «Лукойл» и других) были фактически за бесценок распроданы российским банкирам для пополнения обанкротившегося бюджета. Именно тогда, в 1995 году сформировался круг российских олигархов, получивших собственность в обмен на политическую поддержку Ельцина.

Для решения проблем дефицита бюджета партией был предложен свой смелый план — привлечь иностранные инвестиции в нефтегазовую добычу на условиях концессий. В ходе безуспешной борьбы за этот закон партия лишилась одного из своих основателей — Юрия Болдырева. Он расценил проект закона как колониальную схему, отдающую недра страны под контроль транснациональных корпораций, и покинул партию. Вскоре Болдырев стал заместителем председателя Счетной палаты РФ, где занимался борьбой с коррупцией, и оставался на этом посту до 2001 года.

На президентских выборах 1996 года «Яблоко» не стало участвовать в знаменитом сценарии «Голосуй, или проиграешь», где Ельцин представлялся единственной альтернативой Зюганову, готовому ввергнуть страну назад в пекло коммунизма. Явлинский отказался сняться с выборов, заявив, что победа Ельцина методами манипуляций и залоговых аукционов ведет страну к авторитарному перерождению. По итогам первого тура он занял 4 место, набрав 7,34 % голосов, — это был пик электоральных успехов «Яблока». 

Впоследствии исполнительная власть не раз предлагала партии интеграцию во властные структуры и министерские посты. Позиция Явлинского была категоричной: «Яблоко» готово делегировать своих специалистов в правительство только при условии изменения общего экономического курса и формирования коалиционного правительства.

Здесь показательна история Михаила Задорнова, возглавлявшего Бюджетный комитет Государственной думы. В ноябре 1997 года он принял предложение возглавить Минфин в правительстве Виктора Черномырдина и был вынужден покинуть «Яблоко». До 1999 года он оставался на этом посту, а потом окончательно ушел из партийной политики в системную госслужбу и крупный бизнес, став в путинскую эпоху одним из главных топ-менеджеров государственного банковского сектора. В 1998 году член «Яблока» Оксана Дмитриева стала министром труда в правительстве Сергея Кириенко и тоже была исключена из партии.

19 декабря 1999 года состоялись выборы в Государственную думу III созыва, «Яблоко» получило 5,93 % и всего 20 мандатов — на 25 депутатов меньше, чем в предыдущем созыве.

Уже через 12 дней после этих выборов — 31 декабря 1999 года — Борис Ельцин ушел в отставку, передав полномочия и. о. президента Владимиру Путину.

‍

Системная оппозиция

После прихода Путина к власти в 2000 году политическая архитектура страны начала стремительно меняться, а «Яблоко» продолжило играть свою роль принципиальной системной оппозиции. В отличие от либералов из бывшей команды Чубайса и Гайдара, «Яблоко» с первых дней открыто критиковало наступающий путинский авторитаризм. В начавшемся на заре путинской эпохи внутриэлитном конфликте партия встала на сторону Михаила Ходорковского. Его арест в октябре 2003 года, за два месяца до выборов, стал четким сигналом всему крупному бизнесу: любое финансирование «Яблока» и вообще оппозиции будет трактоваться как враждебный акт против государства.

На выборах 2003 года «Яблоко» впервые не прошло в парламент, получив 4,3 % и не преодолев 5%-й барьер. Нет сомнений в том, что подобный результат был определен фальсификациями и использованием властями административного ресурса — впрочем, электоральная звезда партии и так начала закатываться после 1996 года. Населению страны не была понятна разница между разными сортами реформаторов, посвящавших к тому же огромные усилия суровой критике друг друга, а социально-экономические пертурбации 1990-х годов вызвали серьезный запрос на стабильность.   

Тем не менее партия продолжила работу в региональных собраниях и участвовала в выстраивании работоспособных институтов. В 2004 году Путин назначил зампредседателя «Яблока» Игоря Артемьева главой Федеральной антимонопольной службы. За время его руководства, продолжавшегося до 2020 года, ФАС превратилась в одно из самых современных и эффективных ведомств страны. При этом он официально сохранял свое членство в партии и даже входил в ее политический комитет. Владимир Лукин, давший третью букву аббревиатуре «ЯБЛ», был избран в 2004 году Уполномоченным по правам человека.

Однако, потеряв парламентские мандаты, «Яблоко» превратилось из заметного «системного игрока» в партию, выдавленную на обочину политической системы. Пока Григорий Явлинский пытался сохранить партию в русле «цивилизованного легализма», подавая иски в суды и участвуя в редких круглых столах в ожидании возвращения системы в правовое поле, внутри самой партии — и прежде всего в ее молодежном крыле — назрела мысль о необходимости перехода к несистемному сопротивлению.

Одной из ключевых фигур этого процесса стал Илья Яшин, молодой тогда активист, вступивший в партию в 2000 году и возглавивший в 2001 году московскую молодежную организацию, а в 2005 ставший сопредседателем федерального молодежного «Яблока». Сторонники изменений в партии призывали перейти к давлению на власть через организацию массовых уличных протестов, и при этом выступать вместе с другими оппозиционными силами, вне зависимости от их идеологической принадлежности. В 2008 году, после провальных выборов в Государственную думу (1,59 %), на съезде «Яблока» разгорелась битва за будущее партии. Явлинский добровольно ушел с поста председателя, а на его место был избран представитель умеренного крыла и глава московской организации Сергей Митрохин. Противостоял ему руководитель петербургской организации Максим Резник.

Вскоре после поражения на съезде Яшин и Резник приняли активное участие в создании оппозиционного движения «Солидарность», объединившего разномастных оппозиционеров, включая оказавшихся не у дел строителей ельцинского и раннепутинского режима вроде Бориса Немцова. В итоге Яшин был исключен из «Яблока», вместе с ним ушли или были исключены многие яркие активисты, партия окончательно приняла решение оставаться в исключительно легалистском русле и ни в коем случае не провоцировать власти.

Другим известным российским оппозиционером, исключенным примерно в это же время из «Яблока», был Алексей Навальный. Как и Яшин, он пришел в партию в 2000 году молодым человеком и сделал внушительную карьеру — к 2007 году стал заместителем руководителя московского отделения Сергея Митрохина и входил в Федеральный совет партии. Вскоре он пришел к выводу, что традиционный классический либерализм «Яблока» изолирует партию от широких масс, и предложил решение: демократическое движение должно соединиться с гражданским национализмом. Из партии он был исключен после личного участия в правоэкстремистском «Русском марше».

После массовых фальсификаций на выборах в Государственную думу VI созыва в 2011 году в России разразились массовые протесты, ставшие крупнейшим всплеском гражданской активности в стране с 1990-х годов. Официально партия получила 3,43 % голосов, и, хотя этого не хватило для преодоления 5%-го барьера, результат позволил вернуть государственное финансирование. «Яблоко» активно участвовало в протестном движении: его наблюдатели фиксировали нарушения на выборах, партийные активисты участвовали в массовых акциях, а сама партия организовывала собственные митинги. 

При этом характер участия «Яблока» существенно отличался от стратегии формировавшейся тогда несистемной оппозиции. Руководство партии не призывало отказываться от выборов или переносить центр политической борьбы исключительно на улицу: напротив, Явлинский настаивал на сочетании протестов с судебным обжалованием нарушений, наблюдением и дальнейшим участием в выборах. Именно в этом проявилось главное противоречие, которое впоследствии все сильнее разделяло «Яблоко» и новую несистемную оппозицию: партия была готова протестовать против фальсификаций, но стремилась делать это в рамках правовой и электоральной политики. Многие лидеры оппозиционного либерального фланга, такие как Навальный и Яшин, напротив, постепенно сделали ставку на массовую уличную мобилизацию и обвиняли «Яблоко» в чрезмерной осторожности и исполнении роли декоративной оппозиции.

В ответ на захват Крыма и начало войны против Украины в 2014 году «Яблоко», как обычно, заняло практически безупречную политическую позицию. В марте 2014 года политический комитет «Яблока» принял заявление, в котором прямым текстом назвал произошедшее аннексией, нарушением международно-правовых обязательств России и разжиганием войны.

К парламентским выборам 2016 года партия подошла с амбициозной стратегией создания широкого демократического списка на основе мирного урегулирования с Украиной и возвращения к европейскому вектору развития. Однако, несмотря на попытку представить себя как альтернативу «крымскому консенсусу», «Яблоко» официально набрало лишь 1,99 % голосов, вновь лишившись госфинансирования.

И тем не менее партия оставалась точкой притяжения для возможной системной оппозиционной деятельности. Так, на муниципальных выборах в Москве в сентябре 2017 года «Яблоко» неожиданно оказалось в центре локально успешной оппозиционной политики. Бывший депутат Госдумы Дмитрий Гудков и политтехнолог Максим Кац сформировали фандрайзинговую и организационную платформу для участия активистов в муниципальных выборах, а поскольку «Яблоко» обладало парламентской льготой (выдвижение кандидатов без сбора подписей на муниципальном уровне), большинство кандидатов проекта регистрировалось именно от него. Оппозиции удалось получить 176 мандатов в 51 районе Москвы (против всего 25 мандатов у партии на выборах 2012 года), в шести районах столицы «Яблоко» сформировало абсолютное большинство в районных советах.

Однако внутри этого успеха вновь столкнулись стремление части активистов перевести партию на более радикальные и несистемные рельсы и стремление руководства сохранить умеренный системный курс. Вскоре Дмитрий Гудков дистанцировался от партии, а Максим Кац был исключен вместе со своими сторонниками.

В марте 2018 года Григорий Явлинский в четвертый раз в своей карьере баллотировался на пост Президента РФ с антивоенной и правозащитной повесткой. По официальным данным ЦИК, он набрал 1,05 % голосов, заняв 5-е место.

На выборах в Московскую городскую думу в 2019 году, после успехов оппозиции на муниципальных выборах 2017 года, власти решили просто не допустить большинство оппозиционных кандидатов. Это вызвало волну уличных протестов, жестко подавленных полицией, пока «Яблоко» продолжало отстаивать своих людей через суды. В итоге мандаты получили лишь четыре кандидата от «Яблока», благодаря стратегии «Умного голосования» все они одержали победу в своих округах. Оппозиция тогда суммарно получила 20 мандатов из 45 (13 — КПРФ, 4 — «Яблоко», 3 — «Справедливая Россия»), лишив «Единую Россию» квалифицированного большинства.

Впрочем, впоследствии Явлинский жестко высказывался как против «Умного голосования», так и лично против Навального. В феврале 2021 года, когда разыгрывались последние предвоенные акты драматического противостояния несистемной оппозиции и готовящегося к вторжению режима, он выпустил нашумевшую статью «Без путинизма и популизма», где прямо атаковал сидевшего в тюрьме после возвращения в Россию Навального. Сторонников оппозиционера исключали из партии и называли его политику «современным большевизмом».

20 лет путинские кудесники выстраивали в России систему «управляемой демократии», где решения исполнительной власти беспрекословно принимаются к исполнению, но сами решения проводятся через формальные демократические институты. За эти годы «Яблоко» не запятнало себя, кажется, ни одним открытым компромиссом с режимом, но и сделало все для того, чтобы не выйти за те рамки, что были для него определены свыше. Наиболее буйные да горячие активисты исключались, честные демократы могли продолжать работать на различных местных уровнях на благо своих городов и регионов, а для некоторых членов партии нашлось место в государственных структурах. Исключенная из парламента партия сохраняла сеть региональных отделений, депутатов в региональных парламентах и ядро сторонников.

‍

Новая реальность

С началом полномасштабного вторжения России в Украину — в без преувеличения переломный исторический момент, после которого ни Россия, ни мир уже не будут прежними, — «Яблоко» снова выступило с категорическим осуждением решения о начале «специальной военной операции», призывая к немедленному прекращению огня и мирным переговорам. Быстрой победы не произошло, в стране началось стремительное закручивание гаек, и то, что еще недавно считалось допустимым в рамках оставшейся в стране демократии, стало преступлением. 

«Яблоко» не участвовало в несогласованных уличных выступлениях против войны, не призывало к протестам или эмиграции. В очередной раз руководство «Яблока» сделало все, чтобы не переступить новые «красные линии» и продолжить политическую работу в окончательно скукожившемся легальном поле. Партийные органы производили антивоенные заявления и организовывали бледные кампании, оставшиеся у «Яблока» депутаты городских и региональных собраний выступали с заявлениями и обращениями, часто опираясь на формальные юридические лакуны. 

В итоге, в отличие от сотен антивоенных и демократических организаций, «Яблоко» не было запрещено, но партийные активисты не избежали репрессий. Новые правила были неизвестны, не было понятно, что и в какой форме еще можно говорить и делать, а что уже нельзя. Удар пришелся преимущественно по наиболее ярким и несговорчивым фигурам — тем, кто все еще не чурался контактов с несистемной оппозицией и не стеснялся ярко и открыто высказываться. 

Против целого ряда ключевых региональных активистов и членов Федерального бюро партии были возбуждены уголовные дела по традиционным для российской оппозиции статьям о «дискредитации российской армии» и «демонстрации экстремистской символики». Реальные сроки получили журналист из Хакасии Михаил Афанасьев, лидер Камчатского «Яблока» Владимир Ефимов, активист из Санкт-Петербурга Василий Неустроев, заместитель председателя партии Максим Круглов (7 лет колонии) и другие. Уже буквально перед выборами в Госдуму, 17 августа 2026 года, безумные 11 лет и 1 месяц колонии строгого режима получил один из ключевых лидеров партии Лев Шлосберг. 

Минюст РФ внес в реестр «иностранных агентов» ведущих спикеров и интеллектуальных лидеров партии, включая заместителей председателя Льва Шлосберга и Бориса Вишневского, правозащитницу Светлану Ганнушкину, редактора «Новой газеты» и лауреата Нобелевской премии мира Дмитрия Муратова и руководителей региональных отделений. Всего — 13 человек.

Преследования коснулись 5 из 6 заместителей председателя партии. В офисах партии прошли обыски, целый ряд активистов подверглись административному аресту или были оштрафованы.

И вот, спустя больше четырех лет с начала полномасштабной войны, подошел срок новых парламентских выборов в России — они пройдут 18–20 сентября 2026 года. Никакой интриги изначально не было и не предполагалось: места в парламенте заранее примерно распределены и победитель известен. Тем более неожиданной стала регистрация и допуск к участию «Яблока» — с 2014 года выступающего против аннексии Крыма и российского вмешательства в войну на Донбассе и выступающего за немедленное прекращение огня и мирные переговоры.

Программа, с которой «Яблоко» пошло на выборы, была вполне лаконичной, всего 42 слова, и сводилась к трем животрепещущим темам: мир, освобождение политзаключенных, разблокировка Telegram. Эта простая программа, безусловно, отражает желания и надежды миллионов россиян, и, несмотря на системное давление и практически полное отсутствие освещения в СМИ, партия могла как минимум триумфально вернуться в парламент. По оценкам социологов, уже в июле рейтинг «Яблока» составлял 6 % и продемонстрировал резкий рост после допуска к выборам. Такой успех антивоенной партии стал бы убедительным показателем того, что отношение россиян к войне далеко не столь единодушно, и легализовал бы антивоенную повестку, но именно этого российские власти допустить и не могут. 

Избирательная кампания «Яблока» оказалась яркой, но короткой — всего 12 дней. Уже 10 августа 2026 года Верховный суд России отменил регистрацию федерального списка партии по иску прокремлевской партии «Родина». Но эти 12 дней стали, без сомнения, настоящим глотком свежего воздуха для измученных провоенной агитацией россиян.

Партия отреагировала на это заявлением о политическом давлении и попыткой опротестовать решение. Тем временем с выборов были сняты также большинство кандидатов «Яблока» по одномандатным округам, параллельно суды один за другим отменили регистрацию единых списков кандидатов «Яблока» в большинстве региональных парламентов. Везде, где партия могла еще провести хоть какую-то убедительную антивоенную агитацию перед выборами, этой возможности она была полностью лишена.

Когда в 1990-е годы российский олигархический капитализм рождался в муках и крови, либералы из «Яблока» заняли выжидательную позицию «человека в белом пальто». Поддерживая общий вектор реформ, они критиковали — как правило, совершенно справедливо — буквально каждый шаг правительства, с гуманистических и не чуждых заботы о бедных, принципиальных позиций. При этом партия, усердно работавшая над формированием правового каркаса новой страны, постепенно была выдавлена на обочину политической системы. Когда при Путине политическое пространство начало сужаться, для ориентированного на Запад и либеральные ценности «Яблока» не осталось места в большой парламентской политике, но ему было разрешено сохранить структуры и вести борьбу с режимом в строго отведенных легальных рамках. В некотором смысле партия тогда сыграла роль своеобразной «кузницы кадров» как для государственных структур, так и для системной оппозиции. Февраль 2022 года и репрессии ничего не изменили в партийной линии — преследования, запреты и снятия с выборов оспариваются в судах с заведомо известным результатом. 

После выборов 2026 года партия, десятилетиями стремившаяся не выходить за пределы установленного легального поля, рискует лишиться последних остатков влияния на региональном уровне и скукожиться до совсем безопасного объекта на политической орбите. Для политической же системы в целом это очевидный сигнал, что даже управляемая, проводимая строго в установленных рамках оппозиционность больше не допустима. Режим, трансформировавшийся в ретроградного агрессивного монстра, пришел надолго, и возврата к довоенной нормальности не планируется. С другой стороны, необходимость запретов говорит и о том, что российское гражданское общество все еще живо, пользуется любой возможностью для сопротивления и надежда на изменения все еще теплится.

‍